Слово преподобного Нила синайского о блуде

Сия бо есть воля Божия, святость ваша, … (1 Сол.4, 3)

  1. Воздержание порождает целомудрие; чревоугодие же есть матерь блудной похотливости.
  2. Елей питает пламень светильника; обращение же с жен­щинами разжигает огонь сласти похотной.
  3. Ударами волн бросается туда и сюда не нагруженный ко­рабль, а блудным помыслом — невоздержный ум.
  4. Блуд берет в своинствование себе пресыщение, стано­вится в ряд противников ума и до конца сражается против него вместе с врагами его.
  5. Любящий безмолвие бывает трудно уязвим для стрел сего врага, а вмешивающийся в толпу непрестанные получает от него раны.
  6. Взор женщины, ядовитая стрела, ранит душу и вливает в нее яд, и чем более застаревает сия язва, тем большее произво­дит повреждение.
  7. Кто охраняет себя от сих стрел, тот не ходит на много­людные собрания, не блуждает рассеянно на празднествах, ибо лучше спокойно оставаться дома и пребывать в молитвах, не­жели, думая почтить праздники, сделаться скорою добычею врагов.
  8. Избегай обращения с женщинами, если хочешь быть це­ломудренным, и никогда не давай им свободы смело обращать­ся с тобою, ибо вначале они или действительно имеют, или ли­цемерно оказывают несмелую стыдливость, а впоследствии отваживаются на все. — И бывает это для тебя удою, уловляю щею в смерть, хитро сплетенною сетью, влекущею в погибель. Да не введут они тебя и в обман скромными речами, потому что и в них тоже сокрыт злой яд звериный (зверя из бездны).
  9. Подойди лучше к горящему костру, нежели к юной жен­щине, когда ты и сам юн, ибо, почувствовав боль от огня, когда к нему приблизишься, тотчас отскочишь прочь, а разне-жась женскими речами, не вдруг отойдешь.
  10. Ботеет трава, растущая при воде, и страсть непотреб­ства в сообществе с женщинами.
  11. Кто наполняет чрево и обещает быть целомудренным, тот подобен утверждающему, что соломою остановит действие огня. Как невозможно соломою удержать стремительность раз­ливающегося огня, так невозможно пресыщением остановить жгучее стремление непотребства.
  12. Столп опирается на свое основание, и страсть блудная покоится на пресыщении.
  13. Обуреваемый корабль поспешает в пристань, а цело­мудренная душа ищет пустыни. Корабль убегает от морских волн, угрожающих опасностию, а душа — от женских лиц, причиняющих погибель.
  14. Вид нарядной женщины потопляет хуже волн. Из волн по любви к жизни можно еще выплыть; вид же женщины, пре­льстив, заставляет пренебречь и самою жизнью.
  15. Пустынный куст безопасен от пламени огненного, и це­ломудренный вдали от женщин безопасен от воспламенения страсти непотребства, ибо как воспоминание об огне не сожига-ет мысли, так и страсть не имеет силы, когда нет для нее пищи.
  16. Если помилуешь противоборца, то будет у тебя враг, и если пощадишь эту страсть, то она восстанет на тебя.
  17. Воззрение на женщину в невоздержном возбуждает не­потребную страсть, а целомудренного располагает к прослав­лению Бога.
  18. Если страсть похотная при обращении с женщинами будет покойна, не верь обещаемому ею безстрастию, ибо и пес окруженный толпою, машет хвостом, но, когда выйдет из нее, тотчас оказывает свойственную ему лютость.
  19. Когда воспоминание о женщине станет безстрастно, то­гда заключай, что вступил ты в пределы целомудрия. Когда же представляемый тобою образ ея за душу тебя берет, тогда знай, что ты еще чужд этой добродетели. Но и в первом случае не останавливайся на таковых помыслах и долго не беседуй мысленно с женским образом, потому что страсть сия любит возвращаться назад, и опасность от нее близка.
  20. Как соразмерное плавление очищает серебро, а продол­женное сверх меры производит в нем утрату, так и целомуд­ренный навык портит долговременное представление в мыслях женщины.
  21. Не беседуй долго с представившимся тебе лицом, чтоб оно не зажгло в тебе пламени сластолюбия и не запалило гум­на души твоей.
  22. Как искра, надолго оставленная в соломе, производит пламень, так продолжительное памятование о женщине возжигает похоть.
  23. [1]Если похотствуюшую на духа плоть усмиришь подвиж­ническими трудами, то за пределами сего века будешь иметь славу, обещаемую изречениями о блаженствах, как победив­ший в брани того, кто в теле твоем противовоюет закону ума твоего и пленяет тебя законом греховным, сущим во удех твоих (Рим. 7, 25) (1,230).
  24. Разумей, что отдельные виды блуда бывают совокуплены вместе, — блуд телесный и блуд духовный. Когда блудныйпомысл срастворяется с духом твоим, тогда душа твоя сочетавается с обольстительным в ней отпечатлением (1, 247 — 248).
  25. Демон принимает на себя лице женское, чтобы обольстить душу к смешению с ним. Облик образа (жены) принимает на себя безплотный демон, чтобы похотливым помыслом ввести душу в блуд. Не увлекайся же неимеющим суще ственности призраком, чтоб не сделать чего-либо подобного и плотию. Обольщены бывают духом блуда все такие, не отра­жающие крестом внутреннего прелюбодеяния.
  26. Наказывай помыслы скудостию питания, чтоб думали не о блуде, а о голоде.
  27. С молитвенным бдением соедини слезы, чтобы полу­чить помощь в настоящей брани.
  28. Во время блудной брани отказывайся от приглашения на пиршества.
  29. Демон непотребства на ревностного борца подвижни­ческого нападает быстро, внезапно осыпая его стрелами страстной похоти, потому что не может долго сносить жжение огня светоносного, исходящего из подвижнических трудов его; а к тому, кто от обольстительности сласти похотной осла­бел в строгости самообуздания, мало-по-малу подступает на собеседование с сердцем его, чтоб оно, разгоревшись злыми похотениями, предалось беседе с ними, пленилось ими и со­вершенно отложило ненависть к сему греху (1, 252-253).
  30. Всего опаснее, если сердце погрязло в навыке к сластям похоти, и потребно много трудов, чтобы сию пажить (страст­ную) подсечь под корень.
  31. Не приучай помысла входить в собеседование с сластя­ми похоти, потому что в сонме страстных мыслей и движений разгорается огнь (Пс. 105, 18). Они, разгоряча тебя, заставят думать, что трудно удержать огнь естества, что не в силах ты далее делать насилие естеству и что, хотя сегодня согрешишь по нужде, но завтра покаешься по заповеди, ибо закон (христи­анский) человеколюбив, — легко прощает грех кающимся. При этом представят тебе в пример, как некоторые после воз­держания пали и снова покаялись, придавая вероятность обо­льстительному совету своему, чтоб, сокрушив твердость сопротивоборства этою надеждою легкого снова обращения чрез по­каяние, храм целомудрия сделать домом блуда (1, 253-254).
  32. Смотри, человек воздержания, под предлогом покаяния не обольщайся неизвестными надеждами, ибо многие, пав, не медленно похищены смертию, а другие не в силах были встать (от падения), привычкою к сластям похотным связанные, как законом. Почему знаешь ты, человек, будешь ли жив и по каешься ли, что назначаешь себе годы жизни? — Падая от этого, ты не поблажаешь плоти своей, тогда как надлежало бы тебе паче предаться памятованию о смерти, чтоб в сердце своем поживее представить страшное определение суда, и тем угасить мудрование распаленной плоти.
  33. Естественный образ жизни один и тот же определен Создателем и нам и животным: Се дах вам, — говорит Бог человеку, — всякую траву в поле, вам и зверем будет в снедь (Быт. 1, 29-30). Посему, получив общее с безсловесными пропитание и своими промыслениями превративоное в более роскошное, не по справедливости ли должны мы быть признаны неразумнейшими безсловесных, если звери остаются в пределах естества, не нарушая поставленного Богом, а мы, люди, одаренные рассудком, совершенно отступили от древнего законоположения? Ибо какие лакомства у безсловесных? Какие хлебники и повара тысячью искусств уготовляют услаждения бедному чреву? Не любят ли они древней скудости, питаясь травой, довольствуясь тем, что случилось, и в питие употребляя воду, и ту иногда редко? Потому и плотским удовольствиям предаются они реже, не воспламеняя пожеланий никакою утучняющею пищею и не всегда зная различие мужеского и женского пола, ибо чувство это дает им одно время в году, в которое естественный закон средством к продолжению рода изобрел совокуплять их для посеяния подобных себе; в другое же время до того они чуждаются друг друга, что совершенно забывают о сем пожелании. А в людях от дорогих яств ненасытимая похоть любодейства всеяла неистовые пожелания, ни в какое время не дозволяя утихнуть страсти (2. 90).

[1]Отселе из других писаний ттреп. Нила.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *