Глава пятая.

Узрев же народы, взыде на гору. Восходом на гору Господь научает нас ничего не делать по тщеславию и на показ. Видя великое множество собравшегося к нему народа, Он сел и начал учить его, не в городе, не на площади, чтоб видели Его многие и хвалили, но на горе, в пустыне, где не было никого, кроме душевно желавших получить или видеть исцеления.

И седшу Ему, приступиша к нему ученицы Его. Народ приступает для чудес, а ученики для наставлений. Посему, после совершения чудес и исцеления тел, врачует души, дабы мы знали, что Он есть Творец и душ и телес.

И отверз уста своя. Для чего присовокупляется: отверз уста своя? это, кажется, излишне. Нет: ибо Он учил, и не отверзая уст, то есть своею жизнью и чудесами: а теперь учит, отверзши уста.

Учаше их, глаголя. Учил не одних учеников, но и народ. А начал с блаженств, так как и Давид начал с блаженства (Псал. 1, 1).

Блажени нищии духом: яко тех есть царствие небесное. Прежде всего выставляет смирение, как бы основание. Поелику Адам пал от гордости, возмечтав быть Богом: то Христос восставляет нас посредством смирения. Нищие духом суть душевно чувствующие свое недостоинство.

Блажени плачущии: яко тии утешатся. Плачущие, то есть, о грехах, а не о чем-либо житейском. Сказал же: плачущии, разумея плачь не однократный какой либо, но всегдашний, притом не о своих только грехах, но и о грехах ближних. Утешатся же они не только там, но и здесь: ибо кто плачет о грехах, тот духовно радуется, особенно там. Здесь он радуется по надежде получить прощение грехов: а там будет непрестанно радоваться, получив жизнь блаженную.

Блажени кротцыи: яко тии наследят землю. Некоторые под землею разумеют землю только духовную, то есть небо: но ты разумей и сию землю. Кроткие почитаются презренными и бедными: а Он напротив говорит, что они-то особенно и имеют все. Кроткие же суть не те, которые вовсе не гневаются, таковы бывают только лишенные разума: но те, которые могут гневаться, и воздерживаются, а гневаются только тогда, когда должно.

Блажени алчущии и жаждущии правды: яко тии насытятся. Поелику Он намеревается говорить о милосердии, то наперед показывает, что должно соблюдать справедливость, дабы не делать милости из награбленного. К правде должно стремиться со всем усердием: ибо это выражается словами: алчущии и жаждущии. Кто алчет и жаждет, тот сильно желает насытиться: так сильно надобно желать правды и соблюдать ее. Поелику же и любостяжательные представляются живущими в довольстве и сытости: то Он говорит, что тем более праведные насыщаются: они насыщаются и в сей жизни, ибо владеют своим имуществом безопасно: но особенно они насытятся там: ибо богатии обнищаша и взалкаша, говорит пророк, взыскающии же Господа не лишатся всякаго блага (Псал. 33, 11).

Блажени милостивии: яко тии помиловани будут. Милосердие можно оказывать не имуществом только, но и словом, а ежели ничего не имеешь, то — и слезами и вздохом. Они получат милость и здесь — от людей. Ибо кто вчера оказывал милость, а сегодня пришел в бедность: тому все будут оказывать милость, особенно там — Бог.

Блажени чистии сердцем: яко тии Бога узрят. Многие не хищничеству ют, не обижают, и даже милосерды, но блудодействуют и в других отношениях бывают нечисты. Посему Христос повелевает соединять с другими добродетелями и чистоту, или целомудрие, не только по телу, но и по сердцу: ибо без святыни, или чистоты никто не узрит Господа. Как зеркало тогда отражает образы, когда чисто: так может созерцать Бога и разуметь Писание только чистая душа.

Блажени миротворцы: яко тии сынове Божии нарекутся. То есть, не только те, которые сами живут со всеми мирно, но и примиряют других, враждующих. Миротворцы суть и те, которые учением обращают врагов Божиих. Таковые суть сыны Божии, так как и Единородный Сын Божий примирил нас с Богом, когда мы были враги Его.

Блажени изгнани правды ради: яко тех есть царствие небесное. Гонение терпят не одни мученики но и многие другие — за вспоможение обидимым и вообще за всякую добродетель: потому что под именем правды разумеется всякая добродетель. Гонят воров и убийц, однако ж они не блаженны.

Блажени есте, егда поносят вам, и ижденут. Наконец Господь обращает речь наипаче к своим апостолам, и показывает, что терпеть поношение особенно свойственно учителям.

И рекут всяк зол глагол на вы лжуще Мене ради. Не всякий поносимый блажен, но только тот, кто терпит поношение для Христа и ложно. Если же у кого при поношении его нет ни того и другого, то несчастен он, поелику для многих служит соблазном.

Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех. Говоря о предыдущем, Господь не говорил о великой награде, но здесь сказал о ней, показывая тем, что терпеть поношение есть дело великое и самое трудное: ибо многие, не стерпев поношения, сами себя лишали жизни. И Иов, выдержавший так много искушений, особенно возмущен был тогда, когда друзья стали поносить его, будто он страждет за грехи.

Тако бо изгнаша пророки, иже беша прежде вас. Дабы апостолы не думали, что их будут гнать за учение противное Христову, успокаивает их, говоря, что и пророков, бывших прежде них, гнали за добродетель: посему их страдания должны успокаивать вас.

Вы есте соль земли. Пророки посылались к какому-нибудь одному народу, а вы — соль для всей земли, исправляющая беспутных учением и обличениями, дабы они не порождали непрестанно червей. Посему не оставляйте горьких обличений, хотя бы ненавидели и стали гнать вас.

После сего Он говорит: аще же соль обуяет, чим осолится? нивочтоже будет ктому, точию да изсыпана будет вон, и попираема человеки. Если учитель потеряет ум, то есть, если не будет учить, обличать и исправлять, и разленится, то чем исправится? Он должен быть лишен учительского сана и подвергнут презрению.

Вы есте свет мира. Сперва соль, потом свет. Учение сначала неприятно, потому что обличает человека, но потом оно делается утешительным, ибо просвещает ум его. Кто обнаруживает делаемое втайне, тот есть свет мира: все бо являемое свет есть. Апостолы просветили не один народ, но весь мир.

Не может град укрытися верху горы стоя. Так поучает их подвизаться и быть внимательными к своей жизни, ибо на них будут смотреть все. Не думайте, говорит Он, что вы будете крыться в каком-нибудь углу: нет, вы будете на виду у всех: а потому старайтесь жить непорочно, дабы не сделаться соблазном для других.

Ниже вжигают светильника, и поставляют его под спудом, но на свещнице, и светит всем, иже в храмине суть. Я, говорит, зажег в вас благодатный свет и поставил на высоте, дабы вы светили всем. Чтоб этот свет благодати не погас в вас, и чтобы свет вашей жизни светил и другим, это дело вашего подвига. Посему Он говорит:

Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, Иже на небесех. Не сказал: вы показывайте свою добродетель, — это не хорошо: но — да просветится она сама, так чтобы и самые враги наши подивились и прославили — не вас, но Отца вашего небесного. Посему, когда мы делаем доброе дело, то должны делать его не для своей славы, а для славы Божией.

(Да) не мните, яко приидох разорити закон, или пророки: не приидох разорити, но исполнити. Так как Он намеревался ввести новые законы: то, чтобы не почли Его противником Божиим, Он в отвращение такой мысли говорить: приидох не разорити закон, но исполнити его. Как же Он исполнил его? Во-первых, Он исполнил его совершением всего сказанного о Нем пророками. Посему и Евангелист часто говорит: да сбудется реченное тем или другим пророком. Он исполнил и все предписания закона: яко беззакония не сотвори, ниже обретеся лесть во устех Его (Ис. 83, 9). Он исполнил закон и в том смысле, что восполнил его, ибо Он в полном совершенстве начертал то, чего закон представлял одну тень. Закон сказал: не убий, а Христос: и не гневайся напрасно. Подобно как и живописец не изглаждает начального очертания, но проясняет и дополняет его.

Аминь бо глаголю вам. Аминь — частица утвердительная, означающая тоже, что — ей, истинно.

Дондеже прейдет небо и земля, иота едина, или едина черта не прейдет от закона, дондеже вся будут. Здесь показывает, что мир прейдет и изменится. Посему говорить, что пока стоит вселенная, не прейдет ни малейшая буква из закона.

Иже аще разорит едину заповедей сих малых и научит тако человеки мний наречется в царствии небеснем. Малыми заповедями называет не заповеди закона, но те, которые Он Сам намеревался дать: малыми же называет их по смирению, дабы и тебя научить не высокомудрствовать в учении.

Мний наречется в царствии, то есть, тот, кто сам не исполняет заповедей и учит других, не имея дел, в воскресении окажется последним, и будет брошен в геенну. Не думай, что он войдет в царство небесное: нет, в царство небесное не войдет тот, кто учит других, сам презирая и попирая заповеди: но под царством разумей здесь воскресение.

А иже сотворит и научит, сей велий наречется в царствии небеснем. Наперед сказал — сотворит, а потом уже — научит: ибо как мне другого вести по пути, по которому сам я не хаживал? С другой стороны, если я и творю, а не учу: не буду иметь такой награды, но заслужу даже наказание, если не учу по зависти или по лености.

Глаголю бо вам: яко аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидете в царствие небесное. Под правдою разумеет всякую добродетель, подобно как в словах: Иов же бе истинен, праведен, непорочен (Иов. 1, 1). Итак, вострепещи, человек, при мысли о том, сколько от нас требуется! Затем Господь научает нас, как нам превзойти книжников и фарисеев, и исчисляет добродетели.

Слышасте, яко речено бысть древним: не убиеши (Исх. 20, 13): иже (бо) аще убиет, повинен есть суду. Не говорит, кем речено бысть: потому что если бы сказал: Отец мой сказал древним, Аз же глаголю вам, то подумали бы, что Он предписывает противное Отцу. С другой стороны, если бы сказал: Я говорил древним, то едва ли бы стали слушать Его. Посему говорить неопределенно: речено бысть древним. Словами: речено бысть древним, показывает, что закон отменен: а если отменен и почти уничтожен, то его должно оставить и поспешить к новому.

Аз же глаголю вам: яко всяк гневаяйся на брата своего всуе, повинен есть суду. Пророки, приступая к изречению пророчества, говорили: сия глаголет Господь; а Христос, показывая в Себе божественное полновластие, говорить: Аз глаголю. Те были рабы, а Он Сын, имеющий все, что принадлежит Отцу. Кто гневается на брата своего, тот будет осужден; но если кто гневается справедливо, для вразумления и по духовной ревности, тот не будет осужден. Так апостол Павел гневно говорил Елиме волхву и первосвященнику, впрочем не напрасно, но по ревности божественной. Напрасно гневаемся мы тогда, когда гневаемся из-за имения, из-за чести, и из желания отмстить за себя.

Иже бо аще речет брату своему, рака: повинен есть сонмищу. Сонмищем называется еврейское судилище, а рака значит тоже что: ты. Поелику презираемому нами человеку мы обыкновенно говорим: поди ты! то располагает нас, не оставлять без внимания и сего маловажного выражения, и уважать других. Некоторые говорят, что рака, с сирского, значит гнусный. Таким образом если кто станет поносить брата своего, называя его гнусным, то будет подлежать суду собора апостолов, когда они сядут судить двенадцать колен.

А иже речет, уроде: повинен есть геенне огненней. Некоторые признают этот приговор слишком строгим и тяжким, но не справедливо. Ибо не достоин ли геенны тот, кто лишает брата разума и смысла, чем мы отличаемся от животных бессловесных? кто поносит и бесчестит, тот прекращает любовь: а с прекращением любви уничтожаются и все добродетели, подобно как при любви все они в силе. Итак поноситель, прекращая любовь, прекращает все добродетели, и посему справедливо подлежит геенне огненной.

Аще убо принесеши дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой. Бог отказывается и от собственной чести, лишь бы мы хранили любовь. К словам: аще брат твой имать нечто на тя, не присовокупил еще ничего: справедливо ли, то есть, или несправедливо имать он, примирись. Притом не сказал: если ты имеешь что-либо против него, но: если он имеет нечто против тебя, постарайся примирить его с собою. А дар повелевает оставить для того, чтобы поставить тебя в необходимость к примирению: ибо ежели при сем пожелаешь принести дар твой, то по необходимости должен будешь примириться. Но с сим вместе показывает и то, что любовь есть истинная жертва.

Буди увещаваяся с соперником твоим скоро, дондеже еси на пути с ним, да не предаст тебе соперник судии, и судия тя предаст слузе, и в темницу ввержен будеши. Аминь глаголю тебе: не изыдеши оттуду, дондеже воздаси последний кодрант. Некоторые думают, что соперником здесь называется диавол, а путем — жизнь, и что Господь внушает следующее: рассчитайся с диаволом, пока ты находишься в сей жизни, дабы в последствии он не стал обличать тебя за грехи, как бы присвоившего какую-нибудь его собственность. Тогда предан будешь наказанию, пока не изгладишь и последних, самых малых, грехов: ибо кодрант равняется двум лептам. Но ты разумей, что Господь говорит это о здешних соперниках, научая не судиться и не переставать делать дела Божии. Если тебя и обидят, говорит, не входи в суд, но помирись на пути, дабы, при представлении соперником сильного оправдания, не потерпеть тебе чего либо худшего [1].

Слышасте, яко речено бысть: не прелюбы сотвориши (Исход. 20, 13). Иное дело прелюбодейство, иное — блуд. Прелюбодеяние есть грех с замужнею, а блуд — с свободною.

Аз же глаголю вам: яко всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем. То есть, кто останавливается, всматривается и зрением воспламеняет похоть, потом снова смотрит с большим желанием удовлетворения похоти: тот уже совершил грех в сердце своем. Правда, он не исполнил его делом: что до того? он не мог: а если бы мог, то тотчас сделал бы грех самым делом. Впрочем знай, что если мы когда либо восчувствовали похоть, но встретили препятствие к удовлетворению ей делом: то это явный знак, что нас сохранила благодать. Так и женщины, украшающиеся для того, чтобы понравиться кому-нибудь, грешат, хотя бы и не понравились. Ибо они уже сделали напиток, который остался без действия только потому, что его никто не выпил.

Аще же око твое десное соблажняет тя, изми е, и верзи от себе: уне бо ти есть, да погибнет един от уд твоих, а не все тело твое ввержено будет в геенну огненную. И аще десная твоя рука соблажняет тя, усецы ю, и верзи от себе: уне бо ти есть, да погибнет един от уд твоих, а не все тело твое ввержено будет в геенну, Слыша о глазе и руке, не подумай, что здесь говорится именно о сих членах. В сем случае Он не присовокупил бы правый глаз и правая рука. Здесь говорится о людях, которых любим и бережем, как правый глаз и правую руку, но которые препятствуют нам делать дела Божии. Так напр. юноша, если имеет распутных друзей и терпит от них душевный вред, должен оставить, бросить их. Сим, может быть, спасешь и их, если придут в чувство, а если не спасешь их, то по крайней мере спасешь себя. Но если будешь продолжать к ним любовь, то погибнешь и ты и они, то есть, все тело.

Речено же бысть: яко иже аще пустит жену свою, да даст ей книгу распустную (Второз. 24, 2). Моисей повелел, чтобы возненавидевший жену свою развелся с нею, дабы не случилось чего-нибудь худшего, потому что возненавиденная могла быть и убита. Но таковый обязан дать разведенной разводную, которая у них называлась отпускною, так чтобы отпущенная уже не возвращалась к нему и не произошло смуты, когда он стал жить уже с другою.

Аз же глаголю вам: яко всяк отпущаяй жену свою, разве словесе любодейнаго, творит ю прелюбодействовати, и иже пущеницу поймет, прелюбодействует. Господь не нарушает Моисеева закона, но исправляет его и запрещает мужу ненавидеть свою жену без вины. Если он оставит ее по уважительной причине, то есть, за прелюбодеяние, не подлежит осуждению: а если не за прелюбодеяние, то подлежит суду: потому что тем заставляет ее прелюбодействовать. Но и тот становится прелюбодеем, кто возьмет ее: потому что, если бы никто не взял ее, она, быть может, возвратилась бы к прежнему мужу, и покорилась бы ему. А христианину должно быть миротворцем и для чужих, тем более для своей жены, которую Бог совокупил с ним.

Паки слышасте, яко речено бысть древним: не во лжу кленешися, воздаси же Господеви клятвы твоя. То есть, когда клянешься, верно исполни то, в чем клянешься Господу: ибо, если нарушишь клятву, будешь осужден.

Аз же глаголю вам не клятися всяко, ни небом, яко престол есть Божий: ни землею, яко подножие есть ногама Его: ни Иерусалимом, яко град есть великаго Царя. Поелику иудеи слышали от Бога: небо престол мой, земля же подножие ног моих (Ис. 66, 1), то и клялись сими предметами. Но Господь воспрещает им это, впрочем не потому, что небо прекрасно и огромно, а земля полезна, а потому, чтобы не подать повода им к идолопоклонству, поелику эти предметы у клянущихся ими легко могли быть признаны за божество, как это прежде и было.

Ниже главою твоею кленися, яко не можеши власа единаго бела или черна сотворити. Один Бог клянется Самим Собою, потому что не зависит ни от кого. А мы как можем клясться своею головою, когда не имеем власти? Мы не свои. Если же думаешь, что голова есть твоя собственность, то перемени, если можешь, хоть один волос.

Буди же слово ваше: ей, ей: ни, ни. Дабы ты не сказал: как же мне поверят? — Он говорит: поверят, если всегда станешь говорить правду, и никогда не будешь божиться: потому что никто так не теряет доверия, как тот, кто часто божится.

Лишше же сею, от неприязни есть. Божба, кроме: ей и ни, есть дело излишнее и происходит от диавола. Но ты спросишь: ужели и закон Моисеев был худ, когда повелевал клясться? Знай, что в то время божба не составляла худого дела: но божиться после Христа есть дело уже худое, подобно как обрезываться и вообще иудействовать. Сосать грудь младенцу прилично, а мужу непристойно. Мы более не под законом, но под благодатию.

Слышасте, яко речено бысть: око за око, и зуб за зуб (Исход. 21, 24). Закон из снисхождения допустил право равного возмездия, дабы не обижали друг друга, и дабы обидевший боялся подвергнуться тому же, чему подвергся обиженный.

Аз же глаголю вам не противитися злу: но аще тя кто ударит в десную твою ланиту, обрати ему другую. Злым называет здесь диавола, действующего посредством человека, показывая сим, что бьющий распаляется диаволом. Итак ужели диаволу не должно противиться? Должно, только не обратными ударами, а терпением, ибо огонь гасится не огнем, а водою. Впрочем не думай, что здесь говорится только об ударе в щеку: нет, но и о всякой другой обиде.

И хотящему судитися с тобою, и ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу. Отдай ему и срачицу, когда поведет тебя в суд, и станет делать тревогу, а не тогда, когда просто будет просить ее у тебя. Под ризою собственно разумеется так называемое у нас исподнее платье, а под срачицею — верхнее платье: впрочем эти названия иногда употребляются одно вместо другого.

И аще кто тя поймет по силе поприще едино, иди с ним два. Что рассуждать о ризе и срачице, говорит Господь? Самое тело твое отдай, если кто насильно потащит тебя, и сделай для него более, нежели сколько требует.

Просящему у тебе дай: и хотящаго от тебе заяти не отврати. Враг ли то, друг ли, или неверный просит притом у тебя денег, или другого пособия, дай ему по твоей возможности. В займы же дай не с ростом, но простой заем для пользы ближнего: ибо и во время подзаконное иногда давали в займы без процентов.

Слышасте, яко речено есть: возлюбити искренняго твоего, и возненавидиши врага твоего, Аз же глаголю вам: любите враги вашя. Достиг верха добродетелей: ибо что выше сего? Но и это не невозможное дело. Моисей и Павел больше себя любили враждовавших против них иудеев, и вообще все святые любили врагов своих, и таким образом получили обетования.

Благословите кленущыя вы, добро творите ненавидящым вас, и молитеся за творящих вам напасть, и изгонящыя вы. Их должно почитать благодетелями, потому что всякий, кто гонит и обижает нас, уменьшает наше наказание, которому мы должны подвергнуться за грехи. С другой стороны, и Бог весьма вознаградил нас за сие. Вот и доказательство на это:

Яко да будете сынове Отца вашего, иже есть на небесех, яко солнце Свое сияет на злыя и благия, и дождить на праведныя и на неправедныя. Видишь, какое благо доставляет тебе тот, кто гонит и обижает тебя, если только ты терпишь! Под дождем и солнцем разумеет благодать Святого Духа и учение, поелику Христос на всех изливает благодать и всех поучает. Кто принимает учение, тот живет во свете: так как и тот, кто при солнечном свете зажимает свои глаза, остается во тьме.

Аще бо любите любящих вас, кую мзду имате? не и мытари ли тожде творят? Вострепещем! мы не походим и на мытарей, если ненавидим и любящих нас!

И аще целуете други вашя токмо, что лишше творите? не и язычницы ли такожде творят? Будите убо вы совершены, якоже Отец ваш небесный совершен есть. Одних любить, а других ненавидеть есть несовершенство: совершенство же состоит в том, чтобы любить всех. Небесный Отец любит всех и всех призывает ко спасению: нам должно уподобляться Ему.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *