Примеры любви к родине, заимствованные из русской истории

***

Патриотизм русского народа перед войной 1812 года. Когда император Александр I прибыл в Москву для объявления народу о предстоящей войне с императором французов Наполеоном и сказал свою речь в дворянской зале Слободского дворца 12 июля 1812 года, собрание огласилось шумными криками. Объятые восторгом, со слезами на глазах, дворяне воскликнули: «Готовы умереть скорее, государь, нежели покориться врагу. Все, что мы имеем, отдаем тебе; на первый случай назначаем 10 человек со ста душ наших крестьян на службу». Государь был глубоко тронут; слезы струились по его щекам, вся зала наполнилась сдержанными рыданиями. «Я многого ожидал от московского дворянства, — отвечал государь, и его голос дрожал от внутреннего волнения, — но оно превзошло мои ожидания. Благодарю вас именем Отечества». Потом император прошел в залу, где ожидало его московское купечество. Шумные восторженные восклицания приветствовали его здесь. Купцы объявили, что ими уже сделана подписка на несколько миллионов рублей, которые они приносят в дар Отечеству. Государь говорил и купцам, и его речь вызывала такие же порывы восторга и готовности жертвовать на Отечество.

«Недавно нам довелось слышать, — говорит профессор Надлер, — рассказ одного московского купца о том, как он в эти торжественные минуты подписывал на листе свое пожертвование. Купец этот был почетный московский гражданин Иван Петрович Епанешников, скончавшийся в Москве в пятидесятых годах (XIX в. ), 85-ти лет от роду. «Все мы плакали, — говорил он, — от волнения. С полными слез глазами подошел я вслед за другими к подписному листу. Торговое дело тогда было у меня маленькое, но я решился, однако же, подписать 500 рублей. Но когда пришли ко мне потом с подписным листом для получения денег, я с изумлением увидел, что моею собственною рукою подписано не 500 р., а 5000 р. Сквозь слезы и дрожащею рукою я поставил лишний ноль. Что же, думаю, видно так Богу угодно. Раздобытыми деньгами я внес 5000 р., чуть не весь свой капитал. И замечательно: так легко покрылась эта сумма впоследствии в моем торговом обороте, что я не почувствовал никакого стеснения в своих делах. Да, чудное было время», — заключил он (сообщено духовником покойного)».

Подписка продолжалась и по выходе государя из залы. Император встречен был у входа из дворца несметными толпами народа: они окружали его, они теснились с таким же восторгом, как и в достопамятный день кремлевского выхода. Народ бежал за коляской государя вплоть до самого Кремля, оглашая воздух громкими криками «ура!»

Так повествуют о событиях этого достопамятного дня все беспристрастные свидетели, очевидцы, писавшие под впечатлением минуты, не преследовавшие никаких предвзятых целей. На основании их правдивых и безыскусственных свидетельств должна говорить и история, имеющая в виду одну истину. История будет утверждать вместе с ними, что в тот великий день загорелся в залах Слободского дворца ярким пламенем тот святой и спасительный огонь, который вспыхивал перед тем уже в Смоленске и во всех местах чисто русской земли, которых касалась нога завоевателя, который осветил уже ярким светом Кремль и всю Москву в день 12 июля и которому суждено было теперь свыше спасти и очистить от позорнейшего рабства всю Европу.

Император Александр I и идея Священного Союза

***

В 1840 году 22 марта, во время нашей войны с кавказскими горцами под предводительством Шамиля, между другими укреплениями взято было Михайловское укрепление, но в плен никто не взят, потому что рядовой Тенгинского полка Архипп Осипов успел зажечь пороховой склад, когда черкесы ворвались в него. Взрывом этим, от которого погиб первый Осипов и прочие, было убито и переранено такое множество горцев, что неприятель не мог далее продолжать набегов и разбрелся, развозя по аулам своих раненых. Архиппу Осипову поставлен памятник в городе Владикавказе, где он изображен с фитилем в руках в ту минуту, как он приблизил его к бочке с порохом; Архипп Осипов за свой геройский подвиг называется в военных летописях «бессмертным», потому что отдан приказ всегда вызывать его при вечерних перекличках Тенгинского полка, где он служил. И как только раздается клич: «Архипп Осипов!», так ефрейтор отвечает: «Погиб во славу русского оружия!»

Фома Данилов, унтер-офицер 2-го туркестанского стрелкового батальона, из крестьян Самарской губернии Бугурусланского уезда, взят был в плен кипчаками 21 ноября 1875 года в Маргелане. Сам хан кипчакский обещал ему не только помилование, но награду и почести, если он только отречется от Христа и перейдет в его службу — учить стрельбе его войско. Данилов отвечал, что лучше желает умереть в христианстве, чем изменить вере и царю. Тогда хан приказал не просто убить его, а мучить и среди пыток останавливаться и спрашивать: «Не изменил ли мыслей? Не перейдешь ли в наш закон?» И каждый раз воин-мученик твердо ответствовал: «Не отрекусь от Христа! Не изменю Отечеству!» С тем он и умер в жестоких страданиях. Мучители его в изумлении сами почтили его погребением с почестями на свой лад и назвали Фому Данилова «батыром», по-нашему — богатырем. И воистину он был православный богатырь! Государь положил вдове его и дочери пенсию, дворяне Самарской губернии собрали им 1320 руб. и приняли дочь его на воспитание в учебное заведение.

Наши воины православные

***

Агафон Микитин. Русский солдат с давних времен известен всему свету своей верностью и преданностью Царю и Отечеству и не раз доказал, что за них действительно готов положить свою душу. Вот пример из самого близкого нам времени: в 1880 году незабвенный наш герой генерал Скобелев осаждал Текинскую крепость Геок-Тепе. 30 декабря текинцы сделали вылазку и хотя были прогнаны, но успели захватить в плен одного артиллериста 21-й артиллерийской бригады, бомбардира-наводчика Агафона Микитина. Текинцы хотели заставить Микитина стрелять из пушек по нашим войскам, но на все их просьбы, уговоры и угрозы Микитин отказался исполнить их требование. Тогда его подвергли страшным истязаниям, сдирали ремнями со спины кожу, рубили пальцы, но Микитин геройски умер в ужасных мучениях, но не изменил, остался верен Царю и Отечеству. Сами текинцы после взятия Геок-Тепе с уважением и удивлением рассказывали о геройской кончине Агафона Микитина.

В увековечение славного подвига Агафона Микитина высочайше разрешено открыть по артиллерийскому ведомству подписку на сооружение бомбардиру-наводчику Агафону Микитину памятника.

Этот герой-мученик был из деревни Кибор Кальварийского уезда Сувалкской губернии. Жители Кальварийского уезда, чтобы увековечить память о своем родном герое, решили соорудить в городе Кальварии православный храм во имя святого Агафона, с тем чтоб в нем совершалось вечное поминовение героя-мученика и в Бозе почившего императора Александра II. Государь император одобрил дело кальварийцев и собственноручно надписал: «Благодарить от души». Вот как уважают, чтут и царь и Отечество славные подвиги своих храбрых и верных слуг.

Клятвенное обещание; разъяснение для нижних чинов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *