Един Христос может утолить жажду души

Среди храма Иерусалимского стоял Христос Спаситель и к наполнявшему дом Божий по причине великого праздника народу простирал это воззвание: аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет (Ин. 7, 37). Кто не почувствовал бы жажды при этом воззвании, если бы и не чувствовал ее прежде? Кто не пожелал бы приблизиться ко Христу и вкусить пития, которое Он подает?

Аще кто жаждет. Дело идет, конечно, не о телесной жажде, для утоления которой есть довольно рек, источников и водоемов, и потому нет нужды в чрезвычайном указании, куда идти для утоления ее. Итак, должно заключить, что дело идет о жажде душевной, о желаниях сердца, неуспокоенных внутренне, неудовлетворенных отвне. Аще кто жаждет. Это условное и разделительное выражение подает повод думать, что есть жаждущие и есть такие, которые не имеют жажды, или не довольно сознают ее притуплённым чувством, или заглушают ее ложным удовлетворением. В этом отношении надобно нам испытать себя, в каком находимся мы состоянии и что нам делать, чтобы не умереть от неутоленной жажды или от утоления ее погрешительного и вредоносного.

Наш ум требует познания истины. Это его глад и жажда — такое же требование природы, как требование пищи и пития телом. Что ж? Удовлетворяет ли природа требованию разумной природы? Есть люди, которых неудобно и спрашивать об этом, потому что у них действует чувство, память, воображение, чувственная мысль, чувственное желание, а собственно ум спит или дремлет, и они не сознают или очень слабо сознают, чего он требует и чего ему недостает. Спросим людей, которых ум кажется пробужденным, которые называются образованными, каких- нибудь афинян. За них отвечает нам лично наблюдавший их апостол, что они ни во чтоже ино упражняхуся, разве глаголати что или слышати новое (Деян. 17, 21). Что это значит? То, что для утоления жажды любознательности они не могли или не умели найти ничего более, как только капли новостей, которые всегда оставляли неутоленною жажду. Спросим более основательных искателей знания; спросим любомудрствующих. Один из достойнейших доверия между ними признался, что усилием любомудрствования он достиг одного только познания: он узнал, что ничего не знает. То есть он узнал, что имеет жажду, и не нашел, чем бы удовлетворить ее. Спросим еще более достоверного исследователя; послушаем, что говорит премудрый Соломон: сердце мое вдах, еже ведети премудрость и разум; и сердце мое виде многая, премудрость и разум, притчи и хитрость: уразумех аз, яко и сие есть произволение духа: яко во множестве мудрости множество разума, и приложивши, разум приложит болезнь (Еккл. 1, 17-18). Иначе сказать, кто более домогается удовлетворить жажде знания, тот более страдает жаждою, потому что чем более человек познает, тем более усматривает, как мало познанное в сравнении с непознанным и недоступным познанию.

Наша воля по своей природе жаждет добра и правды. Найдет ли человек полное удовлетворение этой жажды в самом себе? Нет, отвечает премудрый и опытный Соломон: несть человек праведен на земли, иже сотворит благое и не согрешит (Еккл. 7, 21). Найдет ли окрест себя? Нет, отвечает и на это Соломон: обратихся аз и видех вся оклеветания бывающая под солнцем: и се, слезы оклеветанных, и несть им утешающаго (Еккл. 4, 1). Этот Соломон, который некогда явился чудом правосудия, видит, что он не в силах совершенно удовлетворить жажде правосудия.

Сердце человеческое жаждет приязни и любви. Это также требование природы, потому что природа человека создана по образу Божию, а Бог есть любовь, как сказует глава богословов. Сохраняя глубоко положенные черты этого образа, сердце человеческое ищет любви искренней, бескорыстной, неизменной, свободно соединяющей души, а не порабощающей, возвышающей в духе, а не низвергающей в чувственность, чистой, святой. Но часто ли находит ее? Не чаще ли встречает равнодушие, холодность, под призраком любви самолюбие или своекорыстие, измену, зависть, ненависть, вражду? Некоторые же, или не поняв высших требований своего сердца, или отчаясь удовлетворить им, низлагают священное имя любви, называя любовью пожелания чувственные, влечения, которые нимало не возвышают человека над бессловесными, и нездравую жажду думают утолить из чаши нечестивых наслаждений, и поздно узнают, что пили не здравое питие, а одуряющее и отравляющее.

Все существо человеческое жаждет блаженства. Где же оно? Слышали мы, что оно было в раю, но кто нашел его на земле, в естественной жизни земного человека? Чтобы человек мог быть блажен, для этого надобно, чтобы жажде ума его удовлетворено было истиною, жажде воли — добром и правдою, жажде сердца — чистою любовью, но доколе этим видам жажды недостает полного удовлетворения, дотоле и блаженство может быть для него только предметом жажды, а не наслаждения.

После этих размышлений что скажем мы на условие воззвания Христова: аще кто жаждет? Скажет ли кто: я не жажду. Или: я имею, чем утолить мою жажду? Не лучше ли признаться всем, что мы жаждем и что не находим ни в себе того, что бы утолило нашу жажду, ни в окружающем нас мире того, что бы ей удовлетворило? Если же так, то благоразумие требует, чтобы мы как можно деятельнее, как можно вернее последовали воззванию Христову: аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет.

Итак, души жаждущие, приидите ко Христу; Он один может утолить вашу жажду истины, ибо Сам есть Истина; в Немже суть вся сокровища премудрости и разума сокровенна (Кол. 2, 3); Он из тьмы вас призывает в чудный Свой свет (1 Пет. 2, 9).

Приидите ко Христу: Он един может удовлетворить вашей жажде добра и правды, потому что Он есть Агнец Божий, вземляй грехи мира; Он кровию Своею очищает совесть нашу от мертвых дел; Он подает нам Божественные силы, яже к животу и благочестию; Он победил мир и дарует и нам победу над всякою неправдою мира.

Приидите ко Христу — Он един может утолить вашу жажду истинной любви, потому что мы любим Его, яко Той первее возлюбил есть нас (1 Ин. 4, 19), потому что Он дарует Духа Святого, и любы Божия излияся в сердца наша Духом Святым, данным нам (Рим. 5, 5), — любовь, которая объем лет и врагов, и потому не стесняется ничем, ей противным.

Приидите ко Христу: Он утолит и вашу жажду блаженства из неистощимой чаши блаженства вечного. Не смущайтесь тем, что и Сам Он некогда в предсмертных страданиях воззвал: «Жажду!», но тем паче утверждайтесь в уповании. Он для того принял участие в мучении нашей жажды, чтобы вы от Него приобщились сладости удовлетворения жажды духовной.

Приступайте ко Христу в Церкви Его. Приближайтесь к Нему верою, молитвою, любовью. Пийте свет истины и жизнь благодати и правды из Его заповедей, из Его Евангелия, из Его таинств.

Свт. Филарет, митрополит Московский

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *