Тайна человеческого счастья

Помяните дни вечныя, разумейте лета рода родов: вопроси отца твоего, и возвестит тебе, старцы твоя, и рекут тебе (Втор. 32, 7). Извлечем себе назидание из опытов протекшей жизни человечества. Немало поучительного заключает в себе прожитая жизнь одного человека, тем поучительнее опыт многих родов и всей жизни, прожитой людьми.

Чему же поучают нас дни вечные, лета родов, отцы наши и старцы наши?

Мир преходит, и похоть его (1 Ин. 2, 17), кое изобилие человеку во всем труде его, имже трудится… и несть изобилие под солнцем(Еккл. 1, 3; 2, 11) и: что было, тожде есть, еже будет… и ничтоже ново под солнцем (Еккл. 1, 9-10). Вот первые начальные истины протекших веков и поколений.

Да, мир преходит; нет на земле ничего твердого и постоянного. Сколько она сама потерпела переворотов от начала и доныне! Сколько было на ней людей, целых народов, и не стало их, прах их смешался с пластами земли и стал почвою для жилищ и городов нынешних поколений! Сколько государств возникало, возрастало и наполняло вселенную славою дел своих и потом пало! Сколько городов процветало роскошью и изобилием, а теперь не найдут самого места их существования! Также непостоянно и все прочее, что бывает на земле и что бывает с человеком. Слава человеческая, которая приятно ласкает человека, а иногда отуманивает и оглушает его, проходит и рассеивается, как звук, часто не оставляя за собою и эха. Богатство приходит и утекает, как речная волна. Связи самые тесные и приятные разрываются, дружба, родство, приязнь проходят и изменяются. Словом, преходит мир и похоть его, т. е. свойственные миру желания и стремления. И ничто не в силах остановить этого стремительного и непрестанного круговращения.

Человек ищет в этом мире счастья и довольства. Но прочного и постоянного счастья и довольства не находит, хотя ищет настойчиво и упорно: несть человеку изобилие во всем труде его, имже трудится под солнцем! Ловит он, правда, моменты наслаждения, но плодом их служит удручающая тоска и крушение духа. Древний мудрец и царь Соломон, отдавший некогда душу свою всем желаниям мира, насладившийся всеми благами его, какие только возможны для человека и царя, говорит: сделался я великим и богатым больше всех и очень мудрым. Все, что просили очи мои, не отнял от них и не возбранил сердцу моему от всякого веселия моего. И оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их, и вот все — суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем (см. Еккл. 2, 9-11). И только ли Соломон испытал это? Что было концом древнего язычества, жадно и настойчиво добивавшегося земного счастья? Глубокое утомление, удручающая тоска, которую, как ни старались заглушить, придумывая самые неестественные удовольствия от питания себя соловьиными языками и павлиньими мозгами (см. Сенека, Пис. 110) до убийства для своего удовольствия целых тысяч рабов, однако не могли заглушить, и вопль отчаяния в счастье царил над всеми ликованиями языческого мира. Итак, все, что есть в мире, кратковременно, изменчиво и не дает человеку прочного счастья. И так будет всегда: ничтоже ново под солнцем.

Справедлива ли последняя мысль? Ведь мир идет вперед, человек больше приобретает познаний, улучшает формы общежития, больше приобретает власти над природою. Не будет ли времени, когда человек, благодаря большему развитию, наконец разгадает загадку этого мира, и если не победит смерти, то по крайней мере будет рождаться без слез и проживет без крушения духа. Спросите ответа у лет древних. Они говорят нам, что это — надежда пустая: что было, то и будет.

Почему же так? Потому что в то самое время, как науки, искусства, законодательства и прочее достигали высшей степени своего развития и усовершенствования, в то же время и зло, живущее в естестве человека, в свою очередь развивалось со свойственною ему силою и обнаруживалось развращение нравов, потрясая и сокрушая в самом внутреннем основании общественное благоденствие и счастье, созидаемые в продолжение нескольких веков напряженною деятельностью ума и воли естественного человека. Оттого летописи мира торжественно проповедуют ту горькую истину, что эпоха высшего развития наук и искусств, образованности, гражданственности и прочих отраслей человеческой деятельности во всех почти народах совпадет с эпохою высшего развращения их нравов и падения их государств. Так, известно, что в древней Греции век Перикла, век торжества изящных искусств и процветания наук, красноречия, философии, был вместе и веком изнеженной и растленной жизни и служил предтечею падения Греции. Известно, что царствование Александра Македонского, образец, как называют, всего блистательного, могущественного, ученого, гениального, было вместе образцом роскоши, сладострастия и едва пережило само себя. Век славы Тира и Карфагена, век их обширного владычества, силы, богатства, был и веком роскоши, растления нравов и вестником их сокрушения. Падение Римской империи было подготовлено блестящим и славным веком Августа.

От древних времен обратим, пожалуй, взор на современное состояние человечества.

Мы почти не успеваем следить за успехом наук, за разного рода открытиями во всех отраслях человеческого быта и не знаем, что еще остается делать для того, чтобы облегчить жизнь человека и создать его благополучие. Способы воспитания детей усовершенствованы; человек научился обращать силы природы на служение себе, как никогда еще прежде; всякий почти труд человеческий облегчен разного рода машинами, приспособлениями, так что теперь может и не быть изнурительного труда; способы сообщения, много содействующие и духовному развитию и материальному обогащению, настолько улучшены, что для современного человека почти нет пространств: с быстротою молнии мысль его перелетает от одного края мира до другого, за целые версты передается звук его голоса, и сам он может быстрее птицы переменить место.

Но больше ли счастья ныне на земле, чем прежде? Уменьшились ли бедность, болезни, стала ли жизнь дешевле, легче, радостнее, исчезло ли горе людское? Нет, созданные современною культурою удобства жизни дали больший простор развитию эгоизма, алчности, роскоши, лени, развращения, эксплуатации богатым бедного, сильным бессильного. А от этого горе не только не уменьшилось, но, кажется, больше увеличилось, чем прежде. И едва ли наш век, добивающийся создать земное счастье, не кончит полнейшим разочарованием, как некогда мир языческий — дохристианский.

Итак, что же? Нет ничего для человека, кроме этого беспорядочного круговращения стремлений и разочарований, нет счастья на земле, нет усовершенствования, прогресса? 

Есть, но не в тех законах, началах, какими живет мир. Мир преходит, но выше этого мира вечно живет Бог со своими законами вечной святости, правды и любви. И живет нескрытно и не далек от мира, но открывает Себя миру, внося и сюда эти начала вечной жизни сначала как Творец, а когда люди отступили от Него, как Спаситель. Вопросите века прошедшие: все они верили в Бога, как истинное Начало и Источник жизни вечной; сквозь тьму языческих заблуждений настойчиво пробивалась эта истина и господствовала над умами. Только безумный, как говорит пророк Давид, т. е. растленный умом и сердцем или совсем негодный человек, вследствие отупения от греховной страсти, терял эту веру.

В Боге получает разгадку и тайна человеческого счастья. Мир не дает прочного счастья. Но это не значит, что в мире нет счастья. Есть оно, но дает его не мир, а Бог, у Которого обилие радостей и утех в деснице вовек (Пс. 15, 11). Мир не дает прочного счастья потому, во-первых, что он в существе своем сам не заключает начала жизни вечной, а во-вторых, потому, что живет похотью плоти, которая расстраивает душу и тело человека; он вносит в жизнь неправду, нелюбовь, личное самоуслаждение с обидою, обманом, притеснениями других и потому посевает вражду между людьми и в душе человека беспокойство совести. Бог дает начала, созидающие жизнь: Он требует господства духа над страстями плоти, чистоты, святости, правды и любви — словом, того, что мы называем добром. Это-то добро, как заповедь Бога, как вечное начало самой Божественной жизни, и служит источником человеческого счастья. Почему Соломон не нашел счастья? Потому что он в ту пору, на которую жалуется, жил и трудился не по заповедям Божиим, не для добра. Почему языческий мир не находил счастья при самом настойчивом труде? Потому что в основе этого труда и счастья лежал эгоизм и служение греховной плоти. Воля же Божия созидает счастье человека на отрицании этих начал. И века прошедшие показывают нам, что когда люди пытались осуществить в жизни правила жизни богоугодной, когда потребности духа господствовали над плотскими, правда Божия над неправдою, любовь к Богу и ближнему над себялюбием, тогда и человечество ближе подходило к искомому счастью. Вспомните хотя бы народ еврейский, его то счастливую, то несчастную судьбу, смотря по тому, служил ли он Богу или отступал от Него. Правда Божия для всех одна. Недаром слово Божие говорит, что любящим Бога все споспешествует во благое. Смерть, как оброк греха, конечно, неизбежна для всякого живущего, но любящему Бога и она споспешествует во благое. Добро, как осуществление воли Божией, составляя достояние человека, переходит с ним и в будущую жизнь, и там плод его расцветает в большей силе, почему говорит апостол: творяй волю Божию пребывает во веки (1 Ин. 2, 17). Потому-то и все изведавший царь Соломон говорит в заключение своей речи о счастье: «Бога бойся и заповеди Его храни, яко этом сие всяк человек» (Еккл. 12, 13).

При утверждении добрых начал в жизни получает смысл и прогресс человечества; жизнь перестает быть простым чередованием и повторением одного и того же; человек получает возможность действительно усовершенствоваться в осуществлении вечного нравственного идеала, указанного Богом, и всякий успех тогда в улучшении форм жизни, приспособлениях к пользованию благами природы будет служить действительно во благо каждого человека, а не во вред и не для порабощения одного другим.

Таково поучение древних веков. Смысл его понятен. Если хотим быть действительно счастливыми, будем прежде благочестивы. Благочестие на все полезно есть, обетование имеющее живота нынешняго и грядущаго (1 Тим. 4, 8).

Кормчий, 1895

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *