Что говорив жене Иов в своей скоби

Вне города, без покрова, день и ночь сидел Иов на гноище и черепицей очищал от гноя болезненное свое тело. Прошло много времени, а Иов страдал и молчал. Несчастная жена его скиталась, переходя с места на место, из дома в дом, прислуживая соседям, чтобы и себе добыть кусок насущного хлеба, и утолить голод и жажду страждущего супруга. Наконец терпение любящей жены истощилось; ропот на Господа исторгся из стесненной груди ее. Однажды, в скорби душевной, подойдя к мужу своему, она сказала ему: что ты страдаешь так долго и так ужасно? О, лучше умереть, чем жить и мучиться безотрадно! Итак, рцы глагол некий ко Господу и умри. (Иов. 2, 9). А Иов, великий, доблестный страдалец, кротко взглянув на жену, сказал ей: что яко едина от безумных жен возглаголала еси! аще благая прияхом от руки Господни, злых ли не стерпим! (Иов. 2,10).

Но вот другая картина безропотной скорби.

Вообразите себе Матерь Божию, при кресте Сына Своего стоящую… О, кто изобразит Ее страдания! Возлюбленный Сын, Утеха Израиля, страждет, ко кресту пригвожденный! Чего бы не сделала Мать для облегчения сих лютых страданий Сына! И что же могла сделать Она? Пусть бы дозволили Ей хотя поддержать дрожащими руками отягченную муками главу Сына возлюбленного, хотя бы позволили утолить из Своих рук жажду, Его снедавшую!.. И сего утешения не было для беспримерной Матери Сына беспримерного! Отовсюду слышались только безжалостные вопли, насмешки и поругания над Божеским могуществом Распятого. Молча, покорно, безропотно стоит при кресте Сына Своего возлюбленного Мария Богоматерь, а Сын с креста молится за Своих распинателей: Отче! отпусти им, не ведят бо, что творят.

Все управляется промыслом Божьим

Ах, что вопиешь ты, душа христианская, на Бога и приглашенного врача при виде усиливающихся болезней особы, драгоценной тебе? Бог ли не ведает, что творить Ему! Врач ли, тобою призванный, может изменить определение Божие! Или не веруешь, что все Промыслом Его управляется? Или не ведаешь, что самое разумение врача исходит от Бога, источника всякой мудрости, и Им направляется к цели, Ему единому известной! Или думаешь, что Бог прекратил про мышление Свое о людях с тех пор, как поразил болезнью любезных твоему сердцу?

Сознавая в себе и жалобами обличая собственное бессилие в изобретении пособий для страждущего, ты как будто хочешь обличить в той же немощи и Бога всемогущего и ропотом за неуслышанное сетование как бы думаешь побудить благость Его совершить чудо исцеления. Ах, совершает Господь чудеса сии, но только для верующих в Него и пламенно молящихся Ему. Заболел некогда царь Езекия болезнью неисцелимою. Ужe пророк Исайя от имени Божия возвестил царю, что настал час смерти его. Неоткуда ждать помощи, когда Сам Бог сказал волю Свою. Но Езекия к Нему и обратился с молитвою о продолжении жизни еще на несколько времени. Молитва его была столь усердна, исполнена столь великой веры в Господа, что была тотчас услышана. Царь встал с одра болезни смертной и прожил еще пятнадцать лет (см. 4 Цар. 20, 1; Ис. 38, 1). Заболел и царь Охозия болезнью великою, но не смертельною. Однако же Охозия убоялся смерти и послал послов в Самарию к истукану Ваалу узнать, не смертельна ли болезнь его и нет ли у Ваала средств предотвратить самую смерть. Пророк Илия, извещенный Ангелом о нечестивом намерении Охозии, встретил посланных на пути и, остановив их, сказал: или нет Бога во Израиле, что идете к Ваалу? Или бездушный Ваал сильнее Всемогущего Бога Израилева? Но возвратитесь к царю и скажите ему: так говорит Господь: за то, что не взыскал Господа, с одра болезни твоей не сойдеши, и тамо смертию умреши (см. 4 Цар. 1, 2-7).

Евангельская история наполнена чудесами исцелений, совершенных Господом Иисусом Христом и святыми Его апостолами. Но и здесь все совершалось по силе молитвы и по мере веры. «Господи, Сыне Давидов, помилуй ны!» — восклицали прокаженные, слепые и другими болезнями одержимые, — и очищались от проказы, и прозревали, и становились здоровыми. И Сам Господь свидетельствовал о вере исцеляемых: «Вера твоя спасе тя, иди в мире!.. Буди по вере твоей!..»

Припомните молитву жены хананеянки.

У нее была больная дочь; врачи не могли исцелить ее; и вот идет сетующая мать ко Христу с просьбою: Господи, Сыне Давидов, помилуй мя, дочь моя зле беснуется (Мф. 15, 22). Но Христос не сказал ей ни слова в ответ. Жена не пороптала на такое невнимание к ней, шла вслед за Господом и продолжала свою молитву. Уже ученики вступились за молитвенницу и стали просить Господа, говоря: отпусти ю, яко вопиет вслед нас (там же). Но не внял Господь и молитвам заступников. Однако же не ослабела жена в надежде на милость Господа, подошла к Нему ближе и, кланяясь, говорила: Господи, помози ми (та же). И что же опять услышала из уст Господа? Несть добро отъяти хлеба чадом и поврещи псом (та же). Ясный отказ в исполнении молитвы, и какой отказ! Просительница сравнена со псами!.. Но не охладела от сего вера в жене хананейской, не огорчилась упреком, не отступила от Господа. Она ответствует: ей, Господи (праведно слово Твое), ибо и пси ядят от крупиц падающих от трапезы господей своих (там же, ст. 27). Такая вера, такое постоянство и неотступность в молитве преклонили Господа на милость. Тогда отвещав Иисус рече ей: о жено, велия вера твоя: буди тебе, якоже хощеши. И изцеле дщи ея от того часа (Мф. 15, 28).

Ах, если бы и мы, одержимые многоразличными болезнями, с подобною верою и с подобною неотступностью в молитве прибегали к Господу, единому Врачу душ и телес наших, для Которого вся возможна суть! Конечно, наши молитвы не изменили бы неизменяемого определения Божия: земля еси и в землю пойдеши. Но, по крайней мере, с нами не случилось бы того, что было с царем Охозией: несмертная болезнь наших близких не обратилась бы в смертную за наше маловерие и холодность в молитве. Недаром, не напрасно Сам Господь учит нас: молитесь, просите, ищите, толцыте! Ясно, что неотступная молитва имеет великую силу пред Господом. А мы как будто не верим внушениям Господа, ибо не пользуемся средствами, Самим Всеведущим и Всемогущим нам открытыми. Когда посещают нас и близких нашему сердцу болезни, мы созываем врачей, то есть подобонемощных нам людей, обещаем жертвовать всем своим имением на средства к исцелению и почти спокойны, думая, что деньги, врачи, крепость сложения больного должны все превозмочь. Но когда болезни усиливаются, крепость сил исчезает, лекарства не действуют, врачи признают болезнь неисцелимою; тогда, и только тогда, мы вспоминаем о премудром и всемогущем Боге и святых Его… Но и тогда часто колеблемся мыслию: исполнит ли Бог наши прошения, услышит ли нас? И вместо того, чтобы возложить на себя пост, с сокрушенным и смиренным сердцем покаяться во грехах, уделить бедным от своих сокровищ, милостыню, которая избавляет от смерти (Тов. 12, 9), и с несомненною верою предстать пред Господом, мы, не отступая от своей обычной рассеянности, среди сует житейских, вопием ко Господу: помилуй, помилуй нас! Устами молимся, а сердце наше и в это самое время далеко отстоит от Господа. Ах, может ли подобная вера, подобная молитва низвести на нас милосердие Божие? И после сего мы дерзаем роптать на Господа, что не внемлет молениям нашим, что не исцеляет наших болезней!

Христианин! Если ты веруешь, что Врач всемогущий, Христос, всегда невидимо с нами, если ты ведаешь, что какая бы нам ни приключилась болезнь, она может сделаться смертельною, то первою заботою твоею в болезни да будет исповедание пред Господом грехов своих в присутствии священника и приобщение Святых Тела и Крови Христовой. После сего пригласи и врача. Но не забудь, что врач есть только орудие Божие и, приемля советы его, представляй в душе своей Врача всемогущего и не преставай возносить к Нему молитвенный вопль: Аще хощеши, Господи, можеши исцелити мя. Но не моя, а Твоя да будет воля! В таком случае если и не восставит тебя Господь с одра болезни, то даст силы перенести страдания и в час смерти пошлет Ангелов взять душу твою и вознести на лоно Авраамово.

Часы благоговейных размышлений